Мир Фанфиков

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Мир Фанфиков » Законченные фанфики по другим книгам » Поцелуй валькирии: Школьные годы Кэтрин Реддл...


Поцелуй валькирии: Школьные годы Кэтрин Реддл...

Сообщений 11 страница 20 из 36

11

Глава 7. Сбежавший узник Азкабана.
От автора.
Черный пес оглянулся на темное мрачное здание, оставшееся позади. В его голове мелькали отрывки прошлой, свободной жизни – Джеймс, Лили… крестины и первый день рождения Гарри. Розалина Реддл, которая всегда тепло ко всем ним относилась… Кэтти, последний раз навещавшая его полтора года назад. Но в воспоминаниях она была маленькая, девятилетняя…
Сириус Блек оглянулся в последний раз и зашел в воду. Собачьи лапы отчаянно боролись с течением, с холодной толщей воды, он отплывал за зону запрета на вольную трансгрессию. Потом он станет человеком и трансгрессирует в Годрикову Впадину. Он не боялся утонуть, он просто не мог погибнуть в тот день, когда наконец обрел СВОБОДУ…

Кэтрин.
С той ночи, когда я проснулась в комнате Снейпа, прошло две недели. За это время я привыкла к тому, что приходя на «отработку» в семь вечера, уходила не позже десяти. Но теперь вместо работы я делала уроки – те, что по той или иной причине не успевала сделать до ужина. И потом мы разговаривали. За это время я узнала о Северусе многое, о его детстве, учебе в школе. Оказалось, что он не чистокровный волшебник – его отец был маглом. Как и у моего папы. Иногда мне казалось, что ни с кем Северус так не откровенничал, как со мной. Я знала, что его родители часто ругались, что он с нежеланием ехал домой на каникулы. И единственным светлым пятном его летнего отдыха была Лили. Первые курса три. Но странно – я не ревновала его к Лили, возможно потому, что он говорил о ней с гораздо большим равнодушием, чем прежде. Хотя порой в его голосе звучало тепло и грусть при упоминании о ней.
Я знала, что на третьем курсе он едва не стал жертвой Римуса. И в какой-то степени это объяснило мне его неприязнь к мародерам. Но я твердо решила помирить его с Римусом, хотя тот дулся на меня – я сказала, что ночевала в ту ночь у него, до него как-то дошел этот слух. Но и Рему я не сказала правды о месте своей ночевки, что его сильно обидело.
- Принц-полукровка! – я подошла к двери личных апартаментов Сева, произнесла пароль. Дверь открылась, я прошла внутрь и закрыла дверь. Теперь я знала пароль, могла зайти сюда в любой момент… На столе лежал свежий номер «Пророка», хозяина комнаты не было, я из любопытства посмотрела на газету. На обложке было черно-белое фото. При взгляде на него я с силой впилась пальцами в спинку стула – в усталом и измученном человеке на фотографии я узнала Сириуса Блека. Крестного отца Гарри, заключенного в Азкабане за предательство Лили и Джеймса, помощь Темной Леди и убийство более 10 человек при свидетелях-маглах. Я видела его последний раз года полтора назад – отец взял меня с собой в Азкабан. И впечатление осталось не лучшим – Сириус казался полусумасшедшим, очень замучанным. И его охраняли особенно строго. Но подпись под фото гласила, что этот «особо опасный преступник» сбежал из тюрьмы. Этого еще никому не удавалось сделать. А ему удалось…
- Бродяга… как же ты смог? Сириус… - я осознала, что по щекам катятся слезы радости. Я никогда не верила в его виновность, я чувствовала, что Сириус не мог предать Джеймса и Лили, не мог. – Какой же ты молодец, Бродяга!
- Уже в курсе? – услышала я за спиной голос Сева. И обернулась к нему. – Этот молодец убил два десятка человек почти. Думаешь снова не убьет?
- Он не убивал! Я не верю в это, я знала Сириуса, я знала Джеймса. Он не мог предать лучшего друга! – я вновь посмотрела на фото. Сбежал, все же сбежал…
- Твое право думать как хочешь… Но я бы не верил так слепо… Однако нам надо идти, нас звал Дамблдор. Я просто знаю, где тебя можно найти в это время. Идем, - Северус приобнял меня за плечи, отворачивая от стола и выводя из комнаты. Через десять минут мы уже были у Дамблдора, там же находились и Гарри с Римусом. Северус демонстративно отвернулся от Люпина, но улыбнулся мне уголками губ. Все равно я их примирю, они оба мне очень дороги!
- Я нашел мисс Реддл. Так что Вы хотели нам рассказать, профессор? – для всего замка я была по-прежнему его ученица. Но если бы кто-то знал, почему с отработки я прихожу такой счастливой… Нельзя, я еще несовершеннолетняя, достанется обоим. Однако каждый день после обеда я стремилась ускорить бег времени, лишь бы быстрее пробило семь – тайные свидания приносили радость… Каждый поцелуй запоминался так, словно первый… А я должна была терпеливо ждать следующего вечера. О, как потом мне казалось, что наши встречи были часты! Но тогда мне их не хватало…
Профессор Дамблдор рассказал о побеге Блека, о том, что нам надлежит помогать Гарри. И мы все должны быть предельно осторожны. Но директор, как и я, считал, что опасность кроется не в Сириусе… А в Питере Петтигрю.
Римус и Сев были оба уверены в том, что Петтигрю погиб. Но у меня было стойкое чувство, что это не так…
- Значит, меня может убить мой собственный крестный? – вздохнул Гарри. Я обняла брата, потрепала по вечно взъерошенной макушке и улыбнулась ему.
- Никому не позволено тебя убивать… Не бойся…
- А кем не позволено? – Гарри улыбнулся мне в ответ. Мы очень тепло дружим с детства… И ничто не в силах это изменить. Даже Беллатриса Лестрейндж…
- Мной не позволено. Я сама  погибну, но ты будешь жить. Я обещаю… - никто из присутствующих не знал, что мама использовала свой поцелуй валькирии… Кроме меня. Но я не могла сказать, кого она оживила. Я не хотела, чтобы все считали, что все спасение Гарри зря. Я знала, что финал его войны с Лестрейндж был решен еще 7 лет назад. Мама это изменила… А я сделаю все, чтобы не было повторения истории…
- Я тебе верю! – эти слова разрядили обстановку. Гарри ушел к друзьям, рассказать все им. Люпин остался у Дамблдора, который уверял его в невиновности Бродяги. А я ушла с Севом, мне предстояло обсудить с ним тот вопрос, как можно использовать его связи с Пожирателями для спасения Гарри. И кроме того, я понимала, что убедить Снейпа в том, что Сириус не виноват и Петтигрю жив, могу только я. Больше никого, даже Дамблдора, он не станет слушать…

0

12

Глава 8. Снейп. Несостоявшаяся игра.
(эта часть - моя проба пера в жанре рассказ как обращение. принимаю тапки в свой адрес!)
- Сев, ну почему ты не веришь Сириусу? Ну подумай сам, разве он мог предать Джеймса, лучшего друга?! –ты, уютно устроившаяся на моем рабочем месте, уже полчаса доказываешь мне, что Блек невиновен. Я начинал верить, но признаваться в том, что я верю в то, что он хороший, не хотелось. Да и умеет он подставлять, вот сейчас поверь, расслабься, и окажется что мы с Ремом правы… С Ремом?!  Нет, определенно ты, Кэтти, что-то изменила во мне, но я и сам еще не понимаю что…
- Кэтти, все случается, это жизнь! –в ответ ты с тоской посмотрела на меня, видимо устав спорить.
- Но я же верю тебе… А доказательства твоей вины весомее… - при этих словах я машинально потер левое предплечье, на котором красовалась Черная метка. – Ты правильно понял, - киваешь ты. – Но я тебе верю. А у Сириуса такой нет, кстати говоря. Я видела его руки, уже в Азкабане…
- Кэтти, мне трудно верить, за 7 лет я привык считать его предателем. И даже если я поверю, не жди, что кинусь обнимать его с распростертыми объятиями. Я не простил ему наш период учебы в школе. Как и остальным Мародерам… -  осторожно обнимаю я тебя, заглянув в такие знакомые карие глаза. – Может со временем я смогу с ними общаться теплее, но мне это трудно. Не заставляй меня, хорошо?
- Я даю тебе время привыкнуть к тому, что дружу с Ремом и Бродягой. Точнее, считаю себя другом Сириуса. Но тогда и ты не ставь меня перед выбором. Мне дороги и ты, и Римус. И я не смогу выбрать… -  я прижимаю тебя к себе, чувствуя как ты дрожишь. Ты плачешь, а это заставляет мое сердце болезненно сжиматься…
. - Тише, не плачь… Я никогда не заставлю тебя делать такой выбор, обещаю… Я скорее буду нейтрален, просто нейтрален, с Люпином. Но не заставлю тебя выбирать… Тише… - я понимаю, что такой выбор будет для тебя мучителен, и не факт, что выберут в таком случаем меня. Ты очень привязана к тем, кто окружает  тебя с детства, милая. А поддерживать нейтралитет с нашим домашним вервольфом мне по силам.
- А Сириус? – всхлипываешь ты, уткнувшись лицом мне в плечо. Я осторожно провожу рукой по твоим нежным как шелк волосам. Твои слезы отзываются во мне очень остро – мне жаль тебя и больно от того, что эти слезы вызываю я…
- И с ним, если будет доказана его непричастность, я постараюсь быть нейтрален. Не обещаю, но постараюсь… - вот это уже сложнее. Блека в школе я ненавидел, в какой-то степени сильнее даже, чем Поттера. Но если у меня будет выбор – принять их как членов моей семьи, по крайней мере друзей моей любимой, или потерять тебя… - наверно, я буду пересиливать себя, но принимать их. Потому что выбрать жизнь без тебя я уже не смогу, любимая. За эти две недели ты согрела меня лучиками своей доброты, я начинаю оттаивать душой. Может это еще незаметно, но твое тепло греет меня, греет мою жизнь…
- Спасибо тебе! – на твоих губах играет легкая улыбка. Та, что так нравится мне. Ты даришь мне нежный поцелуй и уходишь – тебе пора, сегодня я «отменил отработку», ведь тебе нужно побыть с Гарри. Черный кот, примерно около года возрастом, с белыми лапками и белым пятном в форме сердечка на мордочке выходит вместе с тобой. Это твой кот, твой Пушистик, ты так и зовешь его – ласково и любяще. И странно – я никогда не был хозяином какого-либо животного, но к Пушистику привязываюсь. Возможно потому, что он связан для меня с тобой…
Я размышляю о твоих словах, понимая, что ты права и я должен искать способы помочь Гарри и восстанавливать старые связи. Но я боюсь возвращения Лестрейндж… с ним я могу потерять тебя… Ведь я все еще остаюсь Пожирателем Смерти, черное пятно с моей руки ничто не смыло. А вот с души… видимо, все же смывает…(конец пробной части)))

Через неделю все стихло. Том Реддл прислал в школу охрану, Кэтти в свободное время навещала Гарри. И вроде перестала так уж нервничать. Близился декабрь, еще немного – и конец семестра, когда они должны были уехать домой на каникулы. Но 23 ноября планы резко поменялись. Это была суббота, игра Гриффиндора с Когтевраном. Вообще-то я имел полное право не ходить, но меня уломала Кэтти, которой очень хотелось показать брату, что она за него болеет и в плане спорта. Поэтому на момент начала матча я находился на трибунах своего факультета, рядом с одетой в зеленое с серебристым Кэтрин. На коленях девушки уютно устроился кот – она с ним в последние дни не расставалась. А сама Кэтти украдкой положила руку поверх моей руки, придвинувшись чуть ближе, чем следует простой студентке. И иногда комментировала игру.
Счет был в пользу Гриффиндора, Поттер уже вот-вот должен был поймать снитч, ловец Когтеврана за ним не успевала. Но… На минуту я отвлекся на учительскую трибуну, на Дамблдора. И обернулся, услышав визг девушек. В красном пятне, летевшем с высоты метров 30, с трудом узнавался Гарри Поттер. Директор направил на него палочку, что-то бормоча. А у меня из головы напрочь вылетело заклинание замедления падения. Ну не «Левикорпус» же кричать…
- Гарри, черт тебя побери! Пушистик, брысь! – Кэтти вскочила на ноги, кот спрыгнул мне на колени. Очень замечательно! А секунду спустя белая сова спустилась к центру поля, на месте ее приземления возникла Кэтрин. Точно, она же анимаг теперь… Гарри летел уже медленнее, но все же слишком быстро, от земли его теперь отделяли метров пятнадцать-семнадцать.
- Извини, киса, я тебе не папа, нянчить не буду… - сняв кота с колен, я последовал за Реддл нормальным человеческим методом движения – сбежал вниз. Там же уже находились обе перепуганных команды, которые уводила с поля мадам Трюк, к нам торопились МакГонагалл, Дамблдор… Хагрид…еще кто-то. А теперь уже понятно было, что Гарри без сознания, и к мальчику все ближе подлетали дементоры из охраны...
- Экспекто Патронум! – вызвав Патронус, я отогнал таким образом дементоров подальше, Гарри снизился уже метров до 7 над землей, Кэтти что-то лихорадочно шептала, падение Поттера то замедлялось, то ускорялось. Что она делает, никто не понимал… И вдруг…
- Ну и тяжелый ты, Гарри! – простонала Кэтти под весом свалившегося на нее брата. – Худеть не пытался?
- Нет… - отлично, в себя это чудо мирового неполета пришло, осталось убедиться что кости целы. Ну или нести Помфри костерост…
- Да слезь ты с меня, раздавишь сейчас! С мягкой посадкой, кстати! – Гарри однако не в силах был встать. Еще бы, три десятка метров, пусть и медленно. Его счастье, если цел. – Заберите его кто-нибудь…
- Может заклинание Левитации? – предложил Флитвик.
- Не думаю, на мальчике столько заклятий сейчас…лучше на руках… - серьезно ответил Дамблдор. – Все в порядке, профессор МакГонагалл, уведите своих учеников, вы тоже, профессор Стебль. Старосты Слизерина, отведите свой курс в здание, Гарри в порядке, он жив. – Командовал директор, приказы исполнялись. Бен Трайорти, староста школы от Слизерина с помощниками уводил студентов, Кэтти все еще безуспешно пыталась выползти из-под Гарри. – Рубеус, приведи к мадам Помфри кого-нибудь из студентов Гриффиндора и еще найди Минерву. Северус, Ваша задача  - транспортировать Гарри.
- Я не хочу, чтобы он меня нес… сам дойду! – запротестовал Поттер. И получил подзатыльник от сестры.
- А я всю жизнь мечтал носить тебя на руках, Гарри! Спал и видел! Мечты сбываются, как видишь, - хмыкнул я, поднимая мальчишку. Кэтти права, тяжелый. Как он ее не раздавил только?
- Ну наконец-то… - Кэтрин поднялась на ноги, заметно хромая. И последовала за нами. В больничном крыле она запела, причем чем дольше лилась песня, тем здоровее становился вид Гарри. Но все не вечно, Кэтти умолкла, заявив, что иначе Гарри может попасть под власть ее чар. Мадам Помфри оставила Поттера до вечера воскресенья, с ним осталась Грейнджер. А Кэтти выхромала из палаты, села на подоконник и поджала ногу, на которую сильнее всего упал Гарри.
- Вот что за дар? Ему хорошо, а мне больно… - поджала она губки. – И сама себя лечить не могу. Надо отцу все высказать, какого лешего дементоры на учеников нападают?
- А почему он так отреагировал? Он ведь потерял сознание и упал с метлы, да?
- Да, судя по его рассказу – она говорила с ним наедине минут 15 – он увидел тень черной собаки на облаке и налетел дементор. А Гарри с детства при них теряет сознание. Я с трудом подобрала заклинание, чтобы он очнулся… и не успела отойти…
- Зато смягчила ему удар, думаю. Он сильно тяжелый?
- Да нет… Но ногу мне вывихнул, похоже. Ходить могу, но больно. А мадам Помфри беспокоить не хочу. Мне интересно, что там от его метлы осталось…Он за «Молнию» меня удавит…
- Еще не нашли ее. Но пусть спасибо скажет, что ты ему помогла. И что он жив вообще… Ему врач пропишет похоже половину видов имеющихся у меня лекарств. Ушибся сильно… А насчет ноги… Пошли, выделю обезболивающее. Идем, идем… - подставив ей руку, я отвел Кэтти в подземелья, помог перевязать ушиб на ноге, довел до гостиной и отпустил.
Но через полчаса, возвращаясь из больничного крыла, куда перенес лекарства для Поттера, увидел Кэтти, шипевшую на Малфоя.
- Еще слово, и тебя из школы вышвырнут со скоростью космической ракеты, понял? Сам полетай с 30 метров, потом посмотрим… И не смей называть мою маму грязнокровкой!
- Но если это так… она наверно была, как ты, зануда. И к тому же грязнокровка! – я ненавидел это слово. С пятого курса… с той ссоры с Лили…
- Минус пятьдесят очков Слизерин, два вечера отработки, мистер Малфой, и выговор по факультету. Моим личным указом. Никогда не произносите в Хогвартсе при свидетелях подобные слова. А Вам я советовал бы идти отдохнуть, мисс Реддл. Через несколько часов мне и директору нужно Ваше присутствие. – Это правда, Дамблдор просил нас прийти вечером. Как раз нога Кэтти отойдет.
В тот раз все обошлось, но кто знает, не упадет ли Поттер еще откуда-нибудь еще раз? И не факт, что я или Альбус будем рядом. Но черный пес… Неужто Блек? Так близко к школе? Нет, невозможно… но если так, если он напугал Гарри и заставил его упасть, значит, он все же предатель. И он виновен в том, за что сидел…

0

13

Глава 9. Кэтти. «Ловушка» по собственной вине.
- Ну как ты? – я присела на край кровати Гарри, когда Северус уложил его и оставил на попечение мадам Помфри. Петь на поле мне не хотелось  - я не афиширую, что я валькирия. Засветилась конечно с мантией, но тем не менее это удалось замять. А вот песню так просто не замнешь…
- Ничего. Болит все ужасно… Я с какой высоты упал-то?
- Метров 30, профессор Дамблдор замедлил твое падение, я привела в чувство… - врач ушла в комнатку с лекарствами. – Почему ты упал?
- Увидел на облаке черную собаку, отвлекся. А потом прилетел дементор, ну и сама понимаешь…
- Как выглядела собака? – по описанию Гарри это был Сириус. Но я не верила, что Блек специально пугал Гарри, может просто хотел на него посмотреть…
- Ты б дяде Тому сказала, что я в больницу попал. Может уберет этих стражников с Хогвартса, - предложил Гарри. – А то еще на кого-нибудь нападут.
- Не волнуйся, я поговорю с ним. Давай спою? Больно не будет. Но тут еще полежишь… - вернулся Сев  вместе с Дамблдором, мадам Помфри принесла лекарства. Я отошла к окну и тихо запела песню валькирии, Гарри стало лучше. С ним осталась Гермиона, Рон обещал принести из Хогсмида – визит туда будет завтра – много сладостей, и мадам Помфри выгнала нас всех, кроме Герми. Сев проводил меня в подземелья, помог наложить обезболивающие зелья, довел до гостиной.
- Чистая кровь… - портрет открыл проход, я зашла в гостиную факультета и увидела Малфоя, громко вещавшего:
- А вообще классно он с метлы летел. Жалко что не в грязь упал. На форме Реддл грязь совсем плохо смотрится, на Слизеринской мантии… Вот бы еще раз увидеть эту сцену…
- Малфой, закрой рот! – предупреждающе заметила я. Он меня вообще раздражает, а сейчас я и так не в настроении…
- О, пришла сестричка от братика! Ты что ж его защищаешь так, грязнокровкиного сыночка? – Кребб и Гойл дружно хихикнули, Панси Паркинсон, подружка Малфоя, улыбнулась. –А, точно, ты ж сама дочь грязнокровки. Повезло ж вам с мамами! Как тебя только взяли на Слизерин-то с такой матерью?
- Так, а ну-ка идем выйдем, Малфой, - я вывела его в коридор, где спесь этого отпрыска Люциуса Малфоя чуть убавилась. Он понимал прекрасно, что я сильнее, старше и я староста… - минус двадцать очков Слизерин, и закрой свой рот, пока я его не заткнула.
- А твой брат сам виноват, опозорился на всю школу...Дементора он увидел… ой страсти! – картинно закатил глаза блондинистый паразит.
- Еще слово, и тебя из школы вышвырнут со скоростью космической ракеты, понял? Сам полетай с 30 метров, потом посмотрим… И не смей называть мою маму грязнокровкой!  - не выдержала я. Хотелось влепить ему пощечину, но вот этого делать мне увы нельзя…
- Но если это так… она наверно была, как ты, зануда. И к тому же грязнокровка!
- Минус пятьдесят очков Слизерин, - раздался за моей спиной голос Северуса. -  Два вечера отработки, мистер Малфой, и выговор по факультету. Моим личным указом. Никогда не произносите в Хогвартсе при свидетелях подобные слова. А Вам я советовал бы идти отдохнуть, мисс Реддл. Через несколько часов мне и директору нужно Ваше присутствие. – Драко кивнул, открыл было рот, но закрыл и ушел. Снейпа боятся многие ученики, Малфой с его трусливой душонкой не исключение.
- Ненавижу его и его семейку… - пробормотала я вслед Драко, Северус улыбнулся мне.
- Тише, не кипятись. Иди отдохни, нам еще к директору… иди… - я исполнила приказ, доплелась до спальни и легла на кровать, чувствуя, как нога еще ноет… А через пару часов уже пришлось идти, точнее хромать, к Дамблдору. Где ждал мой папа, его вызвала профессор МакГонагалл.
- Кэтти, как он? Я уже сделал выговор за нападение на Гарри дементора, но как он сам? – встрепенулся отец при виде меня.
- Уже лучше, - коротко ответила я, злясь на отца за такую «охрану».
- А что с тобой? Ты так сильно хромаешь… Что случилось? Ты упала? На тебя напали? Кто?
- На мисс Реддл упал Гарри, - холодно отчеканил Северус, разделявший мою «симпатию» к охране замка. – У нее вывих, меры приняты.
- Хорошо… Кэтрин, милая, я хотел сказать, что не заберу вас на каникулы. Мне надо будет уехать в Болгарию, ты можешь выбрать – останетесь тут или поедете к Уизли?
- Гарри поедет к Уизли, с Римусом, думаю, так будет лучще. А я останусь в Хогвартсе… Пап, сними дементоров с Хогвартса, ничего хорошего иначе не будет. На месте Гарри мог быть кто угодно… - угу, если бы не Сириус, но я умолчу. Я не хочу, чтобы Бродягу сажали в Азкабан вновь, или даже хуже – поцеловал дементор. Не думаю, что он специально свалил Гарри с метлы.
- Отлично. Ты еще подумай, а мне надо поговорить с профессорами наедине, извини… - я кивнула и вышла в коридор, где осталась ждать отца и Сева.
Они появились минут через 15, вроде бы довольно мирно настроенные. Знал бы папа, что я встречаюсь со Снейпом. Убил бы… причем и меня тоже…
- Кэтти, меня долго не будет, я приеду в конце января, не раньше… Если что – шлите Буклю! – обнял меня папа и поцеловал в щеку.- Береги себя, милая. Будь осторожнее…
- Ты тоже, пап! – я прижалась к отцу. После смерти мамы он стал для меня и мамой и папой в одном лице. Мы иногда ссоримся, но тем не менее я его очень люблю и боюсь потерять…
- Когда Гарри доедет до «Норы», пусть мне напишет… И пусть без Римуса не едет!
- Хорошо, конечно. Ты к нему сходи, он по тебе соскучился. Ты же успеешь?
- Да, у меня еще есть час… Ты со мной? – конечно я пошла с ним, мы посидели у Гарри и папа ушел… Я пожелала брату спокойной ночи и хорошего самочувствия и ушла. Ему и правда лучше будет в «Норе» - если даже это Блек и специально, он его там не найдет. А я не боюсь, Хогвартс для меня обеспечивает неплохую защиту…
Но я погорячилась. На следующих выходных выпал снег, устроена была экскурсия с ночевкой в Литтл-Хэмптон, небольшое поселение на берегу моря – чтобы «детки отдохнули и расслабились». Гарри отказался, я с ним за компанию тоже… С нами остались Фред, Джордж и Рон Уизли, Гермиона, Джинни Уизли. Малфой с дружками тоже остался, чем меня не порадовал. Слизерин уехал почти весь – еще бы, свободная возможность посмеяться над другими студентами. Куда меня занесло учиться? Мама же была Когтевранкой! Но я потомок Слизерина, увы…
Профессора поделились на две категории – те, кто ушел со студентами и те, кто остался. Остались Сев, который изначально не привечал эту идею Совета Попечителей, Дамблдор, Трелони (я б удивилась, если бы ее туда с собой кто-то взял)  и МакГонагалл с Римусом.
Вечером я даже радовалась тому, что многие отбыли. Мы играли в снежки, Фред с Джорджем веселили нас разными штучками своего изобретения, я еще помогала Гермионе разобраться в тонкостях некоторых заклинаний – отвечала на те вопросы, которые она не смогла разобрать из книг сама. Но вечером я осталась в дормитории одна… И мне стало отчего-то очень страшно…Казалось, что тут сейчас возникнет Долохов, или Лестрейндж и убьет меня… Ночью я проснулась от кошмарного сна, о той самой ночи, когда исчезла Лестрейндж. И поняла, что спать одна не могу. Меня трясло…
- Куда ты ночью? – округлил глаза Кровавый Барон, которого я встретила в коридоре.
- Извините, а Профессор Люпин в замке?
- Нет, он ушел. Трансгрессировал еще засветло да и не вернулся. – Рем ушел, он же и собирался ночевать у нас – папа просил его хотя бы разок побывать у нас дома.
- Спасибо… - оставался один выход – я ж не могу попасть к Гарри в башню… А вот заночевать в комнате Снейпа я еще могу. Там же есть нечто вроде кабинетика перед спальней…
- Принц-полу… - я услышала шаги, обернулась.  Северус с удивлением смотрел на меня.
- Ты чего не спишь, ночь уже? – я вздохнула.
- Мне страшно одной… Кошмары снятся… Хотела попросить снотворное…
- Под названием «Северус, ляг на диван»? - усмехнулся он.- Пошли, выделю порцию… Но учти – раненько утречком бужу и уходишь… Люпина нет, что ли?
- Нет…и ключ только у него…
- Ладно, идем, - мы зашли, я прилегла на край дивана и наконец сумела уснуть. В мантии поверх пижамы мне было достаточно тепло, я знала что не одна и спала спокойно и крепко. А утром проснулась и не сразу поняла в чем дело. Я спала не на диване и не одна. В мантии, но тем не менее рядом с Севом, на краю кровати. Первая мысль была панической – неужели мы провели вместе ночь?… нет, не может быть… но почему я лежу тут тогда, легла же на диван…
- Проснулась? – к своему облегчению я заметила, что Северус так же одет полностью.  – Не пугайся, все прилично объяснимо. Ты кричала во сне, успокоилась только когда я тебя обнял. Кошмары снились?
- Не помню… - я посмотрела на часы. Десять утра…сейчас нас вполне могут застать выходящими вместе, а я в пижаме под мантией… - Сев, ты время видел?
- Угу, - Северус встал, надел мантию поверх рубашки и брюк и начал застегивать.
- Ну и как мне уходить отсюда?
- А вот вставай и будем думать… - улыбнулся он, повернувшись ко мне. А за дверью уже кто-то ходил. Я чувствовала себя как в ловушке…И надо было что-то решать с моим уходом…

0

14

Глава 10. Снейп. Канун Рождества.
Проводив Кэтти в комнату, я убедился, что она уснула и сел за стол – мне не спалось, поэтому я решил поработать. Свет свечи на столе не мешал девушке, мирно сопевшей на диванчике, скрип пера, которым я делал записи – тоже. Я не мог бы с уверенностью сказать, сколько было времени, когда за моей спиной раздался голос говорившей во сне Кэтти. Но далеко за полночь – она пришла в без четверти двенадцать.
- Нет, пожалуйста! Мама… - бессвязное поначалу бормотание нарастало в громкости и уже четко выделялись слова, я понимал, что еще немного  и Кэтрин закричит, а это может плохо кончиться для нас обоих. Если меня и ее застанут ночью вместе, то меня уволят, ее исключат. А по приезду из Болгарии мистер Реддл оторвет дочери голову, а уж что он сделает со мной, боюсь и подумать…  - Мамочка! – уже слишком громко, я взял ее на руки, уложил на кровать и прилег рядом.
- Тихо, тихо, все в порядке… - успокаивающе баюкал я так и не проснувшуюся Кэтти, она постепенно затихла, сон ее стал спокойнее. И я сам провалился в царство Морфея – две рабочих ночи кряду дали свои плоды. Около десяти утра я проснулся, Кэтрин еще сладко спала, примостившись на краю кровати. С закрытыми глазами, легкой улыбкой на губах она похожа была на ангела… Что-то слабо знакомое мелькало в ее чертах, что-то общее с Лили. Но Кэтти была совсем другой. Поэтому я подсознательно понимал, что люблю лишь одну из них, вторая осталась в сердце, но это уже не та любовь, что меняет человека. А Кэтти я люблю по-отечески нежно, но тем не менее как девушку прежде всего.
Она открыла глаза, в которых мелькнул ужас. Успокоив Кэтрин тем, что целомудрие соблюдено, я вышел, чтобы определить, можно ли выйти ей. Но увы, по коридору бродили то студенты, то призраки, то учителя. Вернулись младшие курсы с похода. И вывести Кэтти без невидимости представлялось слабо возможным.  А если мантию Поттера отобрать? Только вот чем объяснить?
Через полчаса Гарри, пойманный мной, хлопал ресницами, переваривая мое:
- Мистер Поттер, немедленно отдайте мне Вашу мантию-невидимку! И не смейте ночами бродить по школе и пугать Пивза! Он переполошил все подземелье! Вы уже вообще обнаглели, мистер Тот-который-выжил! – или я, но  мне надо Кэтти перевести в дормиторию. А с Поттером ссорой больше или меньше – без разницы! – Пугаете бедный призрак. Что он Вам сделал?
- Я ночью сплю, как все нормальные люди… И разве Пивза можно напугать? – наконец выдал мальчик.
- Вот докажете, что спали – мантию верну. А сейчас живо мне ее сюда!- рявкнул я. – Иначе сниму очень  много баллов с Вашего факультета и доложу директору!
- Ага… - Гарри вместе со мной последовал наверх, прошел в гостиную Гриффиндора и вернулся с мантией-невидимкой. – Только я ночью все равно сплю. Если нужна мантия – так скажите зачем. Я  ж не Локонс, я не сумасшедший… - я бы сказал, но ты потом расскажешь дяде и тот меня и Кэтти убьет. Так что промолчу. Забрав мантию, я с облегчением вернулся к себе, всего-то в полдвенадцатого. Но Кэтти уже не было. Ушла все-таки, интересно как умудрилась? Представив ее, бегущую в пижаме и мантии по пустому кордору, я вздохнул. Там же в любой момент может кто-нибудь выйти. Но вскоре я увидел записку на столе:
«Взяла глоток Оборотного зелья, сняла с мантии волос. Превратилась в профессора МакГонагалл – интересное кино, с мантии между прочим твоей сняла! Вечером объяснишь, откуда на твоей мантии ее волосы! Извини, что рылась в твоих зельях. Кэтти»
Определенно, долгая работа по приготовлению зелий заставляет меня забыть о том, как они действуют. Я могу приготовить что угодно, но вот воспользоваться не всегда, сначала надо вспомнить, зачем тот или иной отвар вообще нужен. А про Оборотное зелье я совсем забыл – это отмененный заказ Министерства, думаю.
Вечером уже Кэтти пришла на «отработку». И напустилась на меня:
- Ты зачем у Гарри мантию отобрал? Мне сказал сидеть и ждать, я сижу и жду, его нет и нет. Начала уже в отварах рыться из любопытства, а там Оборотное зелье. И откуда на нашей мантии волосы женские, а?
- Я с деканами других факультетов тоже общаюсь…оттуда и волос. А мантию Гарри я отдам…
- Когда он тебе докажет что спит по ночам? – ухмыльнулась Кэтрин.
- Нет, завтра на их паре. Скажу, что поверил в его сон.
- Ладно, прощаю… - Кэтти нежно ответила на мой поцелуй, в душу вернулось ощущение покоя, которого не было вот уже неделю…
… Снег не растаял, семестр шел своим чередом, и вот настал день отъезда учеников по домам. Три недели прошло с того дня, как я отобрал мантию Гарри из-за запертой у меня Кэтти… Кэтрин больше не оставалась на ночь – девочки ведь были в дормитории. Она дважды трансгрессировала в Лондон с Люпином и Гарри – покупали подарки на Рождество… На эти дни я ее «отпускал с отработки». Иногда мне казалось, что Альбус и Римус догадываются об истинной природе наших с Кэтти отношений, но молчат.
Ученики уезжали прямовечером  в канун Рождества. Днем уже будут есть пирог у Рождественской елки. А у меня Рождество в детстве сопровождалось сканалом на тему «Он гиблый ребенок» или «Ты – редкая ведьма!». В зависимости от того, кого сильнее «любил» в этот день отец. Но это было давно…
Три подарка. Как обычно. Могу даже сказать кто и что подарил. Дамблдор какие-нибудь редкие ингридиенты, Министерство – какую-нибудь ерунду с открыткой – я же нештатный министерский зельевар. А коллектив преподавателей  - есть у нас такие подарки, есть – книгу. Так и есть – «1000 способов приготовления ядов мгновенного действия без следа». Минервина работа, это она обычно мне такую литературку с намеком дарит. Министерство переплюнуло себя. Мне прислали маггловскую заводную мышку, письмо с обещанием премии в начале января, и открытку. Нет, я на досуге интересуюсь тем, как и что делают магглы. Но это не повод дарить мне вот это, хотя можно и изучить механизм… Наверно это Артур Уизли выбирал в этом году. Малфой в прошлом прислал мумию какого-то зверька. У кого что…хм, не будем… Альбус подарил крылья златоглазки и еще некоторые ингридиенты. Приятнее, они мне нужны много и часто…
Я усмехнулся, думая, как Минерва смотрит на мой подарок. Чашка с метаморфозой из рыжей кошки в тощего рыженького крысенка с подписью «Нет перебору с анимагией!». Это месть за подарок прошлого года. Тогда была фляжка с черепом и «не пей –  летучей мышью станешь» на боку. Хотя в целом мы не ненавидим друг друга, но и не дружим…
Четвертый подарок? Такой маленький? Я с любопытством снял обертку. Флаберус Фиоганн, известный голландский зельевар 15 века. Это очень редкая книга – маленькая, тоненькая, дорогущая… Кто же такой щедрый?
«С Рождеством!» и все. Но мне все сказал почерк – мелкий и ровный. Подарок от Кэтти…
- Нравится? – она обняла меня со спины. – Я посадила Гарри на поезд, а сама осталась на неделю. Римус потом за мной придет, еще на неделю заберет.
- Зачем? Она же стоит… как твоя «Молния»! Не надо было так дорого, солнышко! – я заметил на ее шейке тонкую золотую цепочку. С медальоном – сердечком из черного жемчуга. Мой подарок…
- Она стоит меньше. Тебе нравится? – я кивнул.
- Это божественный подарок, я ее очень хотел купить… а тебе нравится? – указал я глазами на медальон.
- Да, очень! Это первое золото в моей жизни!  - Кэтти прижалась ко мне, сквозь одежду чувствовалось тепло ее тела. И вновь пришлось бороться с желанием. Нельзя, она еще почти ребенок… За стенами замка уже был поздний вечер, праздничный ужин будет завтра…
- Я останусь у тебя… - прошептала Кэтти. Я почувствовал, что ее руки соскользнули вниз по моей спине, пальчики затем проворно расстегнули верхнюю пуговицу моей мантии…
- Нет, Кэтти. Не сейчас…Тебе нет 17… - я прилагал неимоверное усилие в борьбе с искушением.
- И что? Я не ребенок… - настойчиво продолжая расстегивать немного тугую петельку, пробормотала она.
- Но и не взрослая. Ты хочешь чтобы твой отец меня убил? – ответом мне послужило прикосновение теплых губ к щеке, руки вновь скользнули по моей спине. Я с трудом подавил желание опустить свои руки с ее талии ниже. Нельзя не думать о последствиях, даже если мы оба этого хотим. Это конечно произойдет, но не сегодня… Однако бороться с искушением становилось все сложнее, ее близость пьянила…

0

15

Внимание, высокий рейтинг главы!!! NC-17 почти!!!
Глава 10, продолжение)
Где-то вдалеке часы пробили одиннадцать вечера. Этот звук заставил меня вздрогнуть и опомниться. Надо заметить, что и Кэтрин словно пришла в себя и наконец выпустила из рук пуговицу моей мантии. Уже третью по счету. Я с сожалением выпустил девушку из объятий, ставших уже более страстными, хотя я все еще пытался справиться с собой. Я понимал, что нельзя идти на близость с Кэтти до ее выпуска из школы, но тепло ее тела, прикосновения нежных теплых рук, немного страстные поцелуи все сильнее гасили мою решимость противиться этому…
- Сев, я все равно останусь у тебя, я еще боюсь спать одна. Можно мне только сходить… в душ… поздно правда, но каникулы же…
- Нет, нельзя. Призраки по ночам не спят, в комнаты не залетают, но вот по коридору могут летать. Держи, - я достал из шкафа чистое полотенце, халат и открыл дверь в ванную, обычно скрытую за гобеленом на стене. – Открою секрет – у учителей Хогвартса есть свои ванные комнаты. Свет, - я зажег свечи на полочках взмахом палочки – есть, вода горячая и холодная, пожалуйста. Единственная опасность – Миртл, но ко мне она не залетает.
- Спасибо… - Кэтти прошла внутрь комнатки и закрыла за собой дверь, раздался звук льющейся воды. Я же застелил две постели, себе и ей, затопил камин, поскольку было прохладно, приготовил две чашки травяного сбора – опять же для того, чтобы согреться…
- Я знаю кем хочу быть в школе! – раздался голос вышедшей из душа Кэтрин. Мой халат, в который она закуталась, был немного ей великоват, но от этого Кэтти казалась милой и особенно хрупкой. – Преподавательницей! Уроки учить не надо, за учениками факультета смотреть тоже, баллы никто не снимает и все удобства есть лично у тебя…
- Насчет уроков не согласен. У меня две сотни учеников, и все пишут сочинения, которые надо читать… а некоторые пишут в два раза больше чем их просят! – Кэтти поняла, что речь о ней – это она с детства пишет длинные сочинения, интересные, но длинные.
- Между прочим оценку «Превосходно» ты им ставишь за каждое такое сочинение! – фыркнула Кэтти – так что молчи уж!
- Молчу уж… Держи… - подав ей чашку с чаем, я устроился на ковре, взяв свою. Кэтти сделала глоток, пристроилась рядом и улыбнулась:
- Ты просто бог зелий, очень вкусно!
- Я обязан их хорошо варить, я вас учу это делать, должен знать сам… но мне больше  нравится ЗОТИ, ты же знаешь…
- Мне холодно… - Кэтти прижалась ко мне, сейчас тепло ее тела чувствовалось еще сильнее, так как я снял мантию и нас разделяли лишь ткань ее халата и моей рубашки… - обними меня… - прошептала Кэтрин. Я подчинился невинной просьбе и обнял девушку, за талию, как и всегда. Тепло от чая грело кровь, но я уже привык к холоду моей спальни, а Кэтти нет…
- Может дать что-нибудь надеть? – Кэтти отрицательно помотала головой, я поцеловал ее, отставив чашку в сторону. И неожиданно почувствовал, что справиться с внезапно возникшим желанием, толкнувшим меня на этот поцелуй, уже выше моих сил… Страстный поцелуй, который мы не разрывали даже слишком долго, стал последней каплей… Руки Кэтрин скользнули по моей спине под рубашкой, теплые ладони нежно гладили мою кожу, изучая, в то время как губы коснулись щеки… Наваждение никак не хотело отступить…
- Потом не говори, что ты этого не хотела… - я переставал себя сдерживать, и уже развязал поясок халата, открывавшего соблазнительно-бледную кожу, теплую и нежную…
- Не скажу, профессор, я сама этого добивалась… - прошептала Кэтти, расстегнув часть пуговок моей рубашки – так что… - я окончательно потерял самоконтроль, позволяя ей расстегнуть пуговицы до конца, помогая с ремнем брюк. Часть меня осознавала, что ей еще  нет даже семнадцати, а другая часть страстно желала того, что происходило. И она преобладала…
Отведя полы халата, я все же нашел в себе силы остановиться. Тонкое кружевное белье скрывало юное тело, дыхание растянувшейся на ковре Кэтти стало глубже и чаще, в глазах читался немой вопрос.
- Ты точно не будешь жалеть? – она отрицательно помотала головой в ответ, притягивая меня к себе.
- Я хочу этого… я не буду жалеть… валькирии взрослеют раньше своих сверстниц… - прошептав мне на ухо все это, Кэтти окончательно лишила меня способности мыслить здраво, заставила дать волю желанию… Последние кусочки ткани между нами легли где-то рядом, теперь ее тело не было для меня закрыто… И она действительно хотела этого, вид сокровенных мест тела девушки не оставлял сомнения…
Легкие поцелуи от шеи до груди сорвали с ее губ тихий стон, пальцы с острыми ноготками впились в мои плечи, вызывая разряд тока по всему телу… Такой реакции на совсем маленькую ласку я не ожидал. Но ведь для нее это будет впервые…
Мне хотелось доставить удовольствие прежде всего ей, а потом уже себе. Поэтому лаская ее тело, я сдерживал свое желание близости в узком смысле. Тихие стоны Кэтти, царапавшей мою спину, закрыв глаза от удовольствия, не могли никого привлечь – ночь и все спят. И пусть спят…
- Северус… - выдохнула она после поцелуя в губки, сильнее прильнув ко мне – любимый… - за все то время, что мы были вместе, она ни разу не сказала, что любит меня. Это подразумевалось, это можно было объяснить  тем, что я ее выбор. Но сейчас я явственно слышал ее «любимый»… Значит, она все же любит. Я не просто навязанный  выбор, но на самом деле любим… - сейчас, пожалуйста… - голос звучал непривычно хрипло, с губ сорвался вскрик, который я заглушил поцелуем. И в то же время подводил все к тому, что и было конечной целью ее попыток меня соблазнить… увенчавшихся успехом…
Через несколько мгновений инстинктивно дернувшись мне навстречу, Кэтти вскрикнула от боли, и теперь уже было просто невозможно отступить… Поскольку девушкой она больше не была… Замерев, я нежно коснулся поцелуем ее щеки.
- Прости, милая… - прошептав на ушко, я нежно поцеловал его. И когда стон боли стих, продолжил ласки ее тела, теперь уже и для того, чтобы отвлечь от неприятных поначалу ощущений…
Когда все закончилось, наваждение ушло. И пришло осознание того, что я натворил. Рядом со мной тихо всхлипнула Кэтти, кровь на ковре не давала не думать о происшедшем. Я, стареющий идиот, только что провел ночь с одной из своих студенток. Первую ночь в ее жизни… Безумное наслаждение сменилось горечью сожаления о содеянном. Я не решался даже посмотреть ей в глаза.
- Прости…я должен был сдержаться… - прошептал я после минутного молчания.
- Ты не виноват. Я вела себя как девочка легкого поведения… - Кэтти потянулась к одежде – как последняя… - накинув белье, Кэтрин встала и зашла в ванную, откуда вышла одетой полностью. – Как… я идиотка! – прежде чем я, надевавший рубашку, успел что-либо сказать, Кэтти пулей вылетела за дверь. Очистив ковер одним взмахом палочки – если бы можно было так же очистить то, что случилось!  - я бросился за ней следом, ведомый худшими предчувствиями. И не ошибся. Остановить Кэт я смог лишь на Астрономической Башне, силой притянув к себе с уступа.
- Не вздумай прыгать! Это моя вина, не твоя! И ты вела себя не так уж ужасно!
- Я боюсь, что после этого ты перестанешь меня уважать. Потеряла всякий стыд просто… - по щеке Кэтти стекла слезинка – я не прыгнула бы, я не больная…
- Я не уважаю тебя, потому что люблю, глупышка… И не перестану уважать из-за этого, не бойся… Я люблю тебя!
- А я тебя… люблю… - Кэтти прижалась ко мне. Даже холод сейчас не ощущался…

От автора.
Двое на темной башне стояли обняв друг друга. Молча, просто обнявшись. Женщина в длинном черном платье отошла от зеркала, изображение исчезло.
- Вот теперь ты видишь, что он ее любит а не использует, - холодно произнесла она. Верховная валькирия кивнула.
- Но почему именно он? Нельзя было другого? Честного и храброго?
- Северус Снейп меня устраивает! Я НИКОГДА не ошибаюсь. Он еще покажет свою честность и храбрость. А пока ступай! – валькирия послушно вышла, женщина опустила голову на руки. Она устала решать чужие судьбы, она дала Кэтти право выбрать самой. Полюбить по-настоящему… И не прогадала, кажется…

0

16

Глава 11. С тобой и без тебя…
Кэтти.
Я проснулась и, еще не открыв глаза, вспомнила все события прошедшей ночи. Невинный поцелуй, с которого все началось, ласки Северуса, поддавшегося моим попыткам его соблазнить. Я хотела этого, я была готова, но когда все уже произошло, я испугалась. Я боялась, что об этом узнают, что в меня начнут тыкать пальцами, говоря, какая я развратная, отец просто убьет. А Северуса уволят из школы за развращение учеников. Но в его взгляде было столько раскаяния, он так искренне считал себя виноватым, что я не выдержала. Мне казалось, что он перестанет уважать меня, я упаду в его глазах – сама добилась ночи с мужчиной в свои 16 с небольшим… Я хотела просто остыть, поплакать в одиночестве, побежала на Астрономическую Башню, но на самой ее вершине Северус догнал меня…
- Не вздумай прыгать! Это моя вина, не твоя! И ты вела себя не так уж ужасно! – стянув меня с уступа, на который я встала, он прижал меня к себе.
- Я боюсь, что после этого ты перестанешь меня уважать. Потеряла всякий стыд просто… - по щеке стекла непрошенная слезинка – я не прыгнула бы, я не больная… - он переживает за меня, он любит…и после случившегося все равно любит…неужели ты думал, что я вот так вот закончу свою жизнь, когда я только узнала, что значит быть счастливой? Глупенький мой…Но вслух я ничего этого не сказала.
- Я не уважаю тебя, потому что люблю, глупышка… И не перестану уважать из-за этого, не бойся… Я люблю тебя! – я верила ему, поэтому прижалась и ответила:
- А я тебя…люблю… - я не могла представить себе даже дня жизни без него. Он был лучшим – самым умным, самым нежным. Гроза всего Хогвартса, но только со мной он настоящий. Я увидела его истинного под маской строгого холодного зельевара, я влюбилась в него такого, какой он на самом деле. И я любима им…
Северус еще спал, его руки обвили мою талию – мы легли вместе, теперь  уже спать на разных постелях было просто глупо. Мне было тепло – камин грел воздух комнаты, одеяло и тепло тела моего мужчины рядом со мной…
Левое предплечье не было закрыто одеялом, метка была видна – нечеткая, размытая, словно грязь… Рисунок можно различить, но он не яркий… Кожа в этом месте отчего-то ужасно холодна…я погладила отметину пальчиком, Северус что-то пробормотал во сне, отдернув руку. И открыл глаза.
- Не трогай ее, хорошо? – он нежно коснулся губами моей щеки – мне больно.
- Прости, я не знала… - Северус помотал головой, привлекая меня к себе. Какое же счастье просыпаться с ним! Неужели когда-нибудь так будет всегда?!
- Ничего. Терпимо, просто меня будит… - он не договорил, закончив свою речь поцелуем. На завтрак спустя полчаса мы шли вместе, но Сев ушел за преподавательский стол, а я за стол для учеников – один на всех оставшихся в школе. Рождественский завтрак, подарки – от всей моей родни и друзей, завалили полкровати в дормитории. Но для меня дороже их всех была тонкая золотая маггловская цепочка – подарок любимого. Просто и в то же время многое говорит о его чувствах – своеобразное признание в любви… Гарри подарил набор  по уходу за метлой, папа толстенную дорогую книжку по ЗОТИ, для подготовки к Денбриджу – университету магии, куда я пойду после выпуска из школы, скорее всего… Гермиона еще одну книгу – трансфигурация, Уизли – свитер и сладости, Фред с Джорджем хлопушку своего изобретения – с просьбой не взрывать одной  и в здании. Нахимичили опять что-нибудь – при этой мысли я невольно улыбнулась…Римус – вредноскоп. Крестный в своем репертуаре! Переживает за мою безопасность и старается защищать. Рем умничка, я его обожаю с детства… И никогда не смогла бы от него отказаться…
Профессор Дамблдор подарил набор вкусняшек для кота. Хоть кто-то вспомнил о Пушистике! А учитывая, что я школу покидаю редко – подарок неплохой, Пуша любит вкусности… И наконец Хагрид. Кекс своего приготовления. Есть его я конечно не рискну, но все равно приятно! От одногруппников книги, книги, ингридиенты, учебные нужности и снова книги… Зачитаешься при желании до смерти…
Но вместо чтения я гуляла с Северусом, сейчас мы могли позволить себе гулять вместе на улице днем – якобы ведя высоко духовные беседы на тему зельеварения. Ночи я проводила с ним, просыпалась по утрам с ощущением безграничного счастья. Мне перестали сниться кошмары, я была безумно счастлива с любимым. Рождество мы провели вместе – съели подарок тети Молли и дяди Артура – от семьи Уизли было много сладкого. Пушистик уплетал подарок директора школы, мы же смотрели старые школьные фото Сева, на которых он был еще моложе чем я. И мой альбом… Разговаривали – обо всем на свете, кроме учебы… Мне было интересно с Северусом – он много знал, о многом имел собственное мнение, с ним было увлекательно спорить…И казалось, ему не менее интересно спорить со мной – о философских проблемах – соотношение добра и зла например. Северус искренне считал, что добра без зла не бывает – иначе люди не смогут понять, что это именно добро. Добро познается в сравнении со злом… Зло делает добро – заставляет его быть и действовать. И наоборот. В мире равновесие этих начал – равновесие всей жизни. Таково было одно из утверждений профессора Снейпа. И  поразмыслив, я согласилась с ним…
Но в одном мы были бесспорно согласны – самое ценное, ради чего надо жить – любовь. Во всех ее проявлениях – к брату, тете, подруге, жене, кошке или собаке. Даже врага надо любить – за то, что он делает тебя лучше… Любовь спасает мир и движет историю. Любовь меняет и греет людей – сказал мне Северус на третий день наших каникул. Он в этот момент имел в виду себя – его изменила наша любовь – он стал немного более открытым, не боялся хотя бы мне показывать свои эмоции и чувства…
Уезжать мне не хотелось, но Рем сдержал слово и забрал меня на неделю. Мы долго прощались, пока Рем ушел к Дамблдору. Северус нежно поцеловал меня в щеку и обнял. Я прижалась к нему.
- Я буду скучать, любовь моя… - прошептал он. Но раздались шаги Римуса и мы отошли друг от друга.
- До свидания, профессор! – я шагнула вслед за Римусом и послала Севу воздушный поцелуй… Получив ответный…
Вечером я вместе со всеми слушала радио, смотрела кино – Артур Уизли приобрел в дом видео – решил изучить принцип. А мыслями витала далеко отсюда – в маленькой лаборатории в кабинете зельеварения Хогвартса. С Северусом…
Меня положили с девочками – Джинни и Гермионой. Первая сладко спала, я же лежала  с открытыми глазами, глядя на окно. Еще 6 дней и он снова будет рядом – успокаивала я себя. Но ведь это не то. На каникулах мы не расставались, Дамблдор вызвал к себе Сева на третий день такой жизни. И теперь все знал, но не судил нас… Он дал нам право встречаться – только без моей беременности и тайно. Теперь у меня официально были дополнительные занятия с Северусом в качестве ассистента. Иными словами – официальное право на то, чтобы быть вместе когда захотим…
- Кэтти, можно с тобой поговорить? – неожиданно прошептала мне на ухо Гермиона. – Только давай выйдем…
- Ладно, - мы вышли в гостиную. Было два часа ночи и все спали – кроме нас с Герми.
- Я хочу с тобой…тебя…спросить…можно? – я кивнула. Гермиона немного замялась. – Как понять, что мальчик тебе нравится? – внезапно выпалила она… я округлила глаза – наша Гермиона влюбилась? Ничего себе… Хотя... На меня тоже не скажешь, что я неделю провела с мужчиной старше меня на 18 лет как его невеста практически…- мне просто неловко спрашивать миссис Уизли, а кого еще спросить, не знаю…
- Подожди минутку… - я задумалась. А действительно, как? В памяти всплыли все моменты с Северусом… И я уже начинала замечать, что сказать ей в ответ…

0

17

Глава 12. Дамблдор.
Рождественское утро принесло сюрпризы. И не сказать чтобы очень приятные…По крайней мере вид сонного и счастливого Северуса, в компании Кэтти Реддл зашедшего в Большой Зал, меня не обрадовал. Судя по их переглядкам, удлинившимся отработкам Кэтрин и тому, как расцвела девушка после своего посвящения в валькирии, они давно уже объяснились на тему своих отношений. Но сейчас Северус казался очень хмурым, под глазами проявились мешки, а сами черные как ночь глаза мальчика излучали счастье. Сев за стол, Северус начал рассеянно есть, при этом не сводил взгляд с Кэтти, весело улыбавшейся и иногда поднимавшей глаза на преподавательский стол. Но я промолчал. После завтрака отправил ей подарок – а так как выбрать подарок девушке, у которой есть практически все, трудно, я подарил кошачьи лакомства. Тем более что кот мисс Реддл постоянно крутится близ меня. У них с Фоуксом нечто вроде дружбы, хоть это и странно. Сидят рядом и смотрят друг на друга. Без агрессии, как друзья… Странно… Но так или иначе, а забыть про Пушистика (вот имечко-то!) мне никак было не суждено.
Три дня я наблюдал за ними. Не расставались, на завтрак приходили вместе, на обед и ужин – вместе… Уходили тоже вместе. И Кэтти при этом выглядела с каждым днем все счастливее и счастливее… Наконец я решил побеседовать с Северусом. Нужно выяснить, как далеко зашли их отношения и отношение Снейпа к девочке. У нее-то все по глазам видно  - она его почти боготворит, внимает, заслушивается, но Северус всегда холоден, подчеркнуто небрежен и абсолютно неэмоционален. Неужели он просто пользуется любовью девочки к нему?
- Вы хотели видеть меня, профессор? – я оглянулся. Северус закрывал за собой дверь, его черная как и всегда мантия была слегка припорошена снегом. С улицы только зашел и был там, ручаюсь, с Кэтрин.
- Да, Северус. Присаживайтесь, - я указал ему на кресло, но Снейп остался стоять у двери. В черных глазах горел немой вопрос. – Северус, у меня к Вам вопрос. Точнее их несколько. Как давно это продолжается? – я посмотрел в лицо моего вернейшего из союзников. Не сможет он мне солгать, я разгадаю…
- Вы о чем? – прищурился Сев. Надо выражаться точнее, не давая ему возможности увильнуть от ответа. Снейп прошел ближе ко мне.
- Ты и Кэтрин Реддл. Как долго вы встречаетесь? – тонкие пальцы сжали спинку стула, в черных глазах вспыхнул огонек, Северус поджал губы. Он не придумывал ответ, просто решал как сказать. Неужели все зашло так далеко? Надеюсь они хотя бы не ночуют вместе?
- С 1 ноября… - кратко и четко произнес наконец Северус. – Со дня ее посвящения в валькирии.
- Как ты относишься к ней? Пойми, это важно, она совсем девочка, и нельзя использовать ее любовь в своих интересах! – Северус улыбнулся. Не усмехнулся, как он всегда это делает, а именно улыбнулся. Искренне и открыто. Улыбка даже изменила его лицо – оно стало моложе, красивее и добрее. Недостатки внешности не бросались в глаза – ни немного лишняя длина носа, ни волосы, несмотря на попытки их расчесать так и оставшиеся спутанными… Почему же он никогда не улыбается?
- Я люблю ее, Альбус. Я не отказываюсь от того, что любил Лили и она много лет жила в моем сердце. Но я не хочу жить только прошлым. В настоящем я счастлив, я любим. Так зачем мне убивать в себе любовь к Кэтти? Мучать себя и ее? – голос Снейпа звучал на ее имени необыкновенно мягко и нежно, в интонации слышались подъем и решимость. Не такой уж ты и каменный, Северус! Ты умеешь ненавидеть, яркий пример – Джеймс Поттер. Но и любить ты тоже умеешь…
- А любовь ли это, мальчик мой? – я боялся, что он ошибается в себе  и за любовь принимает обычное увлечение.
- Я не могу представить даже дня без нее, ее взгляд, прикосновение – высшая награда. Я связался с Малфоем и другими Пожирателями… - при этих словах Северус скривился – но я это сделал ради нее, по ее просьбе… Я не смогу жить без Кэтти, смог без Лили но не смогу без моей девочки… - голос звучал все тише и сошел на нет. – Я люблю ее!
- Да, я вижу это… А ты помнишь, сколько ей лет? Почему ночами она не в дормитории? – об этом мне сказал Кровавый Барон, он как-то залетел случайно в спальни Слизерина. Сомневаюсь конечно что случайно. Но Кэтти в дормитории не было, а дело было как раз в канун Рождества.
- Помню… А насчет ночей... Я могу не отвечать? Это слишком личное… - я кивнул. И так все ясно. Они были вместе ночью в его, скорее всего,  комнате. И вряд ли просто говорили…
- Северус, ты так и планируешь скрываться? Может стоило бы рассказать некоторым о вашем…ваших отношениях? Кроме меня…
- Нет… я могу рассчитывать на Ваше молчание? – я задумался. Не говорить ничего Тому Реддлу – идея неплохая, так и поступим… Но тем не менее опасность останется. Если он узнает – будет плохо. Хотя как он узнает, если не говорить?
- Хорошо. Я разрешаю тебе работать с Кэтти, ну, как с ассистентом. Но учитывая что вы близки. А вы близки, верно? – Северус едва заметно кивнул. С ума сошел – с такой юной девушкой? Сначала Анна Эйвери, потом… Ну едва ли ты никогда не был с женщинами за свои 34 года, Северус… А теперь, после этого, с Кэтти? С девушкой 16 лет, почти девочкой? Том несомненно убил бы нас всех, если бы узнал… - так вот. Ты можешь пить какое угодно зелье, или ее поить. Но чтобы до выпуска из школы никаких последствий не было. Ей сейчас не нужен ребенок.
- Мне собственно тоже… - стоя ко мне спиной и глядя в окно, ответил он. Я недоуменно молчал. Обычно мужчины в твоем положении хотят детей, мальчик мой, а ты не перестаешь меня удивлять.  – Я хочу ребенка, хочу от нее. Но не сейчас. Пока жива Лестрейндж – я в опасности. Вот когда я не буду рисковать каждую секунду, тогда возможно. Я принял необходимые меры, Альбус. И мы сохраняем тайну наших с Кэтти отношений, хорошо? Благодарю за понимание! – Северус вышел, дверь захлопнулась. Я не знал, правильное ли принял решение, позволив им встречаться. Но их счастье в последующие четыре дня и тоска Северуса, когда Кэтти уехала на каникулы, убедили меня в том, что я был прав… Проводив ее, преподаватель зелий, чернее тучи, ушел к себе. А когда через пару часов я зашел к нему – боясь, что свою скуку он будет глушить огненным виски – он, абсолютно трезвый, рассматривал ее альбом, оставленный Кэтти наверное специально. На фото девушка была цветной и неподвижной. Маггловское фото… Где-то у красивого фонтана, обнявшись с Гарри, улыбаясь фотографу. Красивая девушка, уже взрослая тут, наверно фото с лета.
- Я тут вспомнил ее день рождения, - заметил Северус. И бросил на меня взгляд. – Там я мог бы взглянуть на нее иначе, но я лишь узнал, что она валькирия…А вот для нее все началось…
- Поделишься? Это ведь не личное… - Северус кивнул. Через полчаса я погружался в Омут его памяти. Мне хотелось узнать больше об их отношениях, в том числе с чего они начались. Так я лучше знал, что делать и как относится…

0

18

Глава 13. Снейп. Прошлое или будущее? А может, другая реальность?
Часть 1.  Отрывки памяти.
Я погрузился в Омут Памяти вместе с Дамблдором. Снова переживая моменты прошедшего лета – я провел у Реддлов 10 дней, по просьбе Томаса Реддла. И так вышло, что прибыл к ним в день рождения Кэтрин. К сожалению, меня не предупредили, что у девушки праздник, потому встреча выглядела так: звонок на двери, я нажимаю. Звон колокольчика – а дело утром, в девять утра. Реддла-старшего наверное уже нет, а дети спят. Но нет, в коридоре слышны торопливые легкие шаги, дверь открывается со словами:
- Кого в такую рань прине… ой… - Кэтрин, облаченная в легкий домашний халатик, испуганно пятится. Я же усмехаюсь, проходя в прихожую. Девушка отходит от шока. Как она была прекрасна в то утро, куда же я смотрел? Сейчас я с такой нежностью всегда обращаю взор на нее, что просто невозможно передать словами. Она мое все…
- Мистер Реддл дома? Кстати, не мешало бы поздороваться, Вас не учили хорошим манерам? – прищуриваюсь я. Кэтти часто-часто и напугано моргает. Но вскоре все же справляется с собой.
- Доброе утро… Папа на работе. А Вы к нему? Тогда Вам придется зайти попозже или подождать. Он должен быть где-то в час…
- Мистер Реддл просил меня некоторое время пожить у вас в доме. По делам Министерства. Я могу пройти внутрь, или Вам надо напоминать о правилах поведения постоянно? Они не про вас писаны, да? Это кажется характерно больше для вашего кузена… - Господи, как я себя ужасно вел… Что она во мне нашла?!
- Проходите… - Кэтти провожает меня к лестнице. Оттуда слетает одетый в пижаму Гарри, взлохмаченный, обнимает сестру. Я останавливаюсь ступенькой ниже. И к своему смущению слышу:
- С днем рождения, Кэтти! – «вот сюрприз. Мне даже подарить девчонке нечего…» - именно такая мысль посетила меня. Я молча трансгрессировал в Лондон, приобрел книжку, имеющую какое-то отношение к ЗОТИ. Не с пустыми же руками идти на день рождения дочери заместителя министра. Некультурно получается! Обратно я вернулся в час, подарил подарок и поднялся в гостевую спальню. Но часов в 5 вечера меня позвали на праздничный ужин. Неудобно соглашаться, а на отказ обидится… Я решил принять приглашение. Кроме меня были Уизли – всей семьей, Реддлы, Поттер, школьная подруга Кэтрин и Хагрид. Глаза девушки сияли, голос звенел, то и дело слышался звонкий смех… Я тогда слабо представлял, зачем мне там сидеть с ними всеми, когда я мог бы спокойно побыть один, как привык…
Ночью дом затих, подружка Кэтти и Уизли отбыли домой, Хагрид тоже. Томас Реддл обнял дочь, поздравил и наконец сделал свой подарок. В следующую секунду раздался визг радости, Реддл душила отца, повиснув у него на шее. На полу лежала новая метла. «Счастье привалило!» - ехидно подумал я, усмехаясь про себя. Это сейчас мне безумно нравится ее эмоциональность, а тогда это меня бесило.
- «Молния»!!! Спасибо, папуль!!! Теперь я точно буду лучшим ловцом школы после Джеймса… Прославлюсь! – Том Реддл рассмеялся, улыбнулся дочери и кивнул:
- Конечно! – наверху раздался звон стекла… - Гарри, блин! – Реддлы рванули наверх, я медленно пошел следом, желая одного – спать. Но услышал звуки чарующего пения без слов. Грезилось счастье, словно я парил где-то в облаках с лучах солнца. И все счастливее и счастливее мир вокруг. Песня оборвалась, видение исчезло, я недоумевал что это было… И спросил саму Кэтрин, что это было за пение и чье…
- Мое. Я валькирия, чинила разбитую Гарри дорогую папину вазу…
- Валькирия? – я нахмурился, ибо понятия о таковых не имел… Кэтрин рассказывала мне о валькириях, я вспомнил, что слышал все это от ее матери…Девушка ушла спать, я остался в коридоре. Вот так. Пять лет учил и не знал о ней даже такой правды…
С этого вечера мы не ладили. Кэтти всячески подчеркивала, что мое присутствие ей неприятно, я как всегда язвил в ответ… Даже пару раз назвал ее «Мисс Зазнайка»… И только сейчас узнал, что Кэтти уже тогда тайком подолгу смотрела на меня, я начал ей сниться… Она влюбилась, увидев меня за пределами школы, не учителем. И с тех пор любит еще сильнее…

Сцена закончилась, директор школы смотрел на меня от окна своего кабинета и задумчиво крутил большими пальцами рук. И улыбался. Но молчал…
- Северус, однако ты просто чудо… Как же ты не заметил такую прелесть рядом? Нравилось ее дразнить? – я кивнул и ответил:
- Нравилось, нравится и сейчас…Но теперь это делается нежно и ласково… Знаете, я счастлив…
- А я искренне за тебя рад, - без тени иронии ответил директор, я был ему благодарен за понимание. А ночью мне, уснувшему с мыслями о Кэтти, снился странный сон. Мне снилось, что я женщина, я видел себя в зеркале. Длинные черные волосы, до пояса, черные глаза. Черное платье в пол, с длинным рукавом, высоким вортником и глухое, в пол. Бледная кожа, тонкие пальцы. Но я знал, что несмотря на внешнюю молодость, она очень стара. Зеркало перестало показывать отражение, там возникло изображение. Я нес Кэтрин на руках, рядом поспешно летел мистер Реддл, Кэтти была без сознания. Картинка изменилась. Кэтти в больничном крыле пьет сваренный мной отвар…Еще смена – ликование факультета, ей говорят, что мы победили. Кэтти радостно приподнимается  и почти без сил опускается на подушку, а рядом снова я…
- Это и изменит их отношения. Будет общая беда и проблема. – Это произносит та женщина, которой я себя вижу. Голос высок и холоден, Ледяная Королева…
- Благодарю за ответ, о Великая! – поклон пожилой валькирии – на ней маховик времени на шее и белая мантия. И я, то есть женщина, ее знаю…
-Ступай! – валькирия ушла. Я равнодушно смотрю ей вслед. Закрываю глаза и вспоминаю другой вариант событий. В которых вообще никак не фигурирует Кэтти. Ее даже не родилось… Но такое чувство, что это уже было… А теперь иначе. Могло ли это быть прошлым? Нет, я такого не помню. Наверное это будущее… А может иная реальность? Во сне я знал ответ, а наяву забыл. Меня ждало решение этого вопроса. А еще хотелось узнать – а от этого и другое пойму – кто эта женщина в черном, как вдова, но только она не замужем и не была. А такая тоска и холод – лишь маска. Но кто она и почему снится мне?

От автора.
Тезла-Экала закрыла свой разум – кто-то нагло имел неосторожность видеть себя во сне ей. Открывать будущее никому нельзя, и только она, Тезла-Экала, имеет право его знать. Так пусть же он забудет то запретное, что увидел во сне… За свои 1000 лет она устала от всего этого. Но выбора не было. Либо просить другой выбор либо отказаться было нельзя… Она стала Тезла-Экалой не напрасно – Годрика больше нет, детей у них не было… Но стать Тезла-Экалой для Кэтти – потерять любимого и остаться без детей. Нет, она так не хочет. И пусть Реддл будет счастлива. Но без него она не будет счастлива…Значит, надо что-то решать...однако у нее еще впереди четыре с лишним года...найдет решение...

0

19

Часть 2.  Снейп. Тезла-Экала…
Следущую неделю я провел в библиотеке, стремясь выяснить больше о том странном сне. Точнее, набрав книги из секции о трактовках снов, магических созданиях и прочем, обложился ими у себя в кабинете и принялся читать. Зелье Люпину варить не надо, у меня временно появились свободные часы, но посвящу изучению своего сновидения, оно мне совсем не нравилось… Но ничего даже отдаленно подходящего найти я не мог, к концу пятого дня такого усердного чтения я знал по-моему обо всех видах магов, заклинаний, ночных кошмаров, фестралах и еще куче всякой всячины. А вот о зеркалах, показывающих прошлое или будущее – ни слова. Вообще и нигде. А у нас в школе самая богатая библиотека в стране – по количеству разных книг…
Наконец, отчаявшись, я случайно заметил среди груды книг достаточно тонкую «Историю валькирий Британии»…  Решил хотя бы о них больше узнать, начал чтение и…
Через три страницы описания того, кто это вообще такие, шел раздел о… зеркале будущего. А смотреть в него и показывать валькириям могла только некая Тезла-Экала, или Ледяная Королева Времени. Бессмертна – пока не найдет себе замену. Вечно молода. Одета традиционно в черное и закрытое, но не носит мантии. Редко покидает Башню Времени – ее появление сулит огромные и великие перемены. Обычно управляет всем через Совет Десяти валькирий. Тезла-Экала – валькирия, потерявшая свой выбор до рождения ребенка. Не обязательно, но только такая валькирия может стать Тезла-Экалой. Сомнительная однако это радость, по-моему… Они не испытывают никаких чувств – вообще нет эмоций. Поэтому и Ледяная Королева. Замена Тезла-Экалы ей известна с рождения этой самой замены, но Тезла-Экала может и отменить это. А еще она может забрать дар валькирии, назначить новую, подарить дополнительную возможность… но жить без чувств вечно, по-моему, ужасно…
Зеркало по описанию подошло, значит я видел будущее… И другую реальность – где не было Кэтти. Но потом, судя по моим выводам, кто-то разбил маховик времени и это все поменял… значит, все это уже было… оригинально… интересно, я тоже такой был как сейчас? Хотя думаю я был хуже, меня очень сильно меняет Кэтти…
Дальше шли биографии валькирий. Предпоследняя запись была о Розалине Реддл. С колдографии смотрела красивая молодая женщина. Вылитая Кэтрин. Только старше…
«Розалина Аманда Реддл(Эванс). В детском возрасте была взята на воспитание семьей брата предшественницы-валькирии. Дар получила сразу после рождения, посвящение прошла по достижению 17 лет. Фамилия в приемной семье – Браун. Окончила школу Чародейства и Волшебства Хогвартс, факультет Когтевран, со всеми «Превосходно».  Отличалась хорошей дисциплиной, по отзывам преподавателей – «добрая, отзывчивая и смелая девушка, очень умная и способная». По окончании школы поступила на курсы мракоборцев, в 19 лет стала сотрудницей данного ведомства, вышла замуж за Томаса Марволо Реддла – ее выбор, сделанный в 17 лет девушки… - а Кэтти 16… - в двадцатилетнем возрасте выяснила свое истинное происхождение, с того дня ее жизнь была направлена на помощь младшей сестре Лили Эванс. Через пять лет после свадьбы родила единственную дочь – Кэтрин Розалина Реддл, следующая валькирия – еще через три года способствовала появлению на свет мальчика, впоследствии ставшего Избранным. Гарри Поттера. – далее шло длинное описание того, как, кому и в чем она помогала… - В ночь исчезновения Беллатрисы Лестрейндж находилась в доме Лили и Джеймса Поттеров, в Годриковой Впадине. Находясь в соседней с комнатой сестры комнате, Розалина не успела препятствовать смерти Джеймса Поттера, попытка защитить Лили не увенчалась успехом из-за самоотверженного поступка младшей Эванс, закрывшей собой шестилетнего сына Гарри. Розалина использовала свой поцелуй валькирии непосредственно перед смертью. После «поцелуя» срок жизни женщины составил всего пять минут. Розалина, как и ее сестра, защитила собственного ребенка, дочь Кэтрин, так же находившуюся там. Последнее заклинание - «Империус» в адрес Антонина Долохова, пытавшегося убить девочку. Выгнав мага, Розалина передала дар дочери и отошла в «приют светлых душ»… Исчезновение Лестрейндж было запланированным актом времени, но поцелуй Розалины разрушил план равновесия. Оживив ребенка, Розалина отдалила сроки финальной встречи Гарри Поттера и Темной Леди. Но лишь отдалила… - ребенка. Кэтрин она закрыла собой… остался Гарри… он умер в ту ночь, с ними? Нет, Розалина сделала правильно, думаю. Она не могла ошибаться, не такой она была женщиной, по крайней мере мне казалась…  - похоронена в Годриковой Впадине, на могильной плите по просьбе супруга выбиты слова: «Одна из самых светлых женщин на Земле, воплощение материнства и доброты… Истинная «Несущая жизнь». Розалина Аманда Реддл, лучшая мать и жена. Покойся с миром…»
Последняя запись была о Кэтти. Короткая. Учеба, семья, выбор, то есть я. И случай на поле для квиддича, упомянутый как «защита и помощь брату»…Меня убила фраза в конце. «Потенциальная Тезла-Экала»…
На следующий день она приехала в школу, с Люпином и Гарри, на день раньше остальных. Рассказав Кэтти о прочитанном, я не смог сказать о том самом «потенциальная Тезла-Экала». Если это так, то в потенциале меня ждет ранняя и бездетная смерть. Пусть хотя бы немножко она будет счастлива перед вечностью холода. Без оглядки назад… А я… я уже привык к постоянной опасности, меня уже не пугает возможность смерти. Только страшно за нее, она счастлива со мной, любит меня… Но странное. Вечером надпись «Тезла-Экала», утром «Верховная Валькирия Совета Десяти», это не одно и тоже… что-то изменилось в планах времени? И что? И как можно изменить раз и навсегда написанное? Вопросов много, но на них-то ответы я точно не получу, хотя это дает надежду…
Мы были в Косом Переулке, когда поссорились впервые… Я пригласил ее пообедать, якобы для обсуждения вопросов ее работы ассистентом. Потом Кэтти уговорила меня пройтись с ней по магазинам. Мне  оставалось лишь хранить серьезность, звать ее мисс Реддл и горько вздыхать. Мне лично книги не нужны, я после недели чтения устал и хочу отдохнуть… Ингридиенты все тоже есть. Если только пергамент и чернила купить…
- Вот блин… - Кэтти порылась в сумочке, заплатила за ингридиенты, в первом же магазине, и объявила – идем в банк, у меня деньги кончились… мало было…
В Гринготтсе Кэтти показала ключ от ее сейфа. Ее потому, что оформлен он на имя «Кэтрин Розалины Реддл»… а у Томаса Реддла другой. И у Поттера… это сколько же у них места под деньги? Но когда этот самый сейф открылся, мне захотелось провалиться под землю. Деньги, деньги, деньги… больше серебро, но битком… у меня наверное столько за год зарплата плюс вознаграждения Министерства…
«А что ты хотел, Сев? Она дочка замминистра, конечно не бедная девочка… Ты же не думал о том, сколько ей лет, когда с ней спать ложился… Так что ж тебя так коробят ее финансы?» - заговорил внутренний голос. – «А как ты для нее опасен, помнишь? Бывший Упивающийся Смертью… помнишь… так вот и успокойся насчет денег, это мелкая проблема!»
Да, это была минимальная из проблем. Я конечно не богат, но прокормить любимую женщину и обеспечить хотя бы часть, большую, ее потребностей я смогу. Но вот возраст… меня все время угнетало то, что она так юна. С подозрением на нас косились в кафе, хотя мы играли роли профессора и его ассистента. Том Реддл просто убьет меня, «козла старого», если узнает… Даже Дамблдор смущен тем, что мы слишком различны с ней возрастом. И менталитетом. Кэтти еще склонна озорничать, пусть отвечая за себя, но тем не менее… достаточно вспомнить ее снежок, пущенный в меня на прогулке. Ради игры и в шутку… Эмоциональна, непосредственна, жива…
А я…необщительный, серьезный, холодный… я вообще не помню, играл ли я когда-нибудь во что-нибудь так же беззаботно как Кэтти в те самые пресловутые снежки.
Умная девочка, но все же девочка…а я… зла не хватает и слов.
- Сев, что случилось? – прошептала она мне на ухо на улице. Я пожал плечами:
- Ничего, все нормально…
- Ну я же вижу… Это из-за Гринготтса, да? Я вот знала, что тебя это смутит… - уголки ее губ опустились, по щеке скатилась слезинка. – Просто мне учебник испортили, надо новый покупать, а не хватило… ну…
- Денег. Называй вещи своими именами. Я не нищий… - неожиданно холодно прозвучали мои слова.
- Конечно нет, зайка. И мне абсолютно все равно, сколько ты получаешь… И сколько у тебя есть… правда!
- Зато меня смущает тот факт, что я не смогу обеспечить тебе такие же условия, как твой отец… А еще меня смущает разница в возрасте, но Кэтти, это неважно. Мало что кого смущает! – я говорил спокойно, не намекая ни на какие разрывы или прочее… просто хотелось показать, что эти условия не пугают меня. Не вышло…
- Мне плевать на эту разницу, хотя нет…мне это нравится! Мне с тобой интересно и легко… и насчет денег…я могу есть…не знаю… хлеб и воду, могу спать на полу на матрасе, могу работать ночами. Но при этом буду счастлива, понимаешь? Потому что буду… - на нас оглянулся какой-то прохожий, я отвернул лицо, Кэтти убавила голос – с тобой… я тебя люблю и мне все равно вот это все…
- Кэтти, я просто сказал свои мысли и все…я тоже не собираюсь отказаться от тебя…
- Если ты это думаешь, значит, тебя смущают наши отношения… а тогда, 24 декабря, не смущали… - первая ночь с ней… когда я забылся и мы стали близки. Незабываемые мгновения жизни…!
- Кэтти…
- Давай тогда вернемся к прошлому году… когда мы были учитель и студентка. И никого ничто не смущает, правда? Как считаете, профессор? Или точнее профессор Снейп, уж простите фамильярность!
- Кэтрин, перестань. Ты сама спросила, я ответил. Да, наверно не надо было это говорить, но милая…
- Мисс Реддл! И мне пора, отпустите! – выдернув руку из моей руки, она убежала в один из магазинчиков, откуда через камин, как мне сказал продавец, когда я последовал за ней, ушла к школу. К Люпину…
За ужином Кэтти демонстративно отвернулась, отходила, стоило мне подойти… Так длилось весь вечер…
А ночью…я смотрел на огонь в камине, думая, что делать. И вдруг две руки обняли меня за шею…
- Северус, прости… я наговорила гадостей…я тебя очень люблю и не хочу терять…никогда…
- Не веди себя так. Это признак детскости…а ты взрослая женщина практически…слушай, когда тебе говорят, хорошо? – я не торопился ее обнимать. Кэтти села мне на колени и прижалась.
- Мне и впрямь неважно ни то, сколько у тебя денег, ни твой возраст… пообещай мне только одно…что никогда не предашь меня… и будешь рядом…
- Не обещаю рядом, но не предам…обещаю…
- Я верю… - Кэтти прижалась ко мне, я осторожно обнял ее в ответ. Она почти ребенок, ее можно простить…можно…я вдыхаю запах ее волос, чувствую тепло ее тела. А где-то в глубине меня живет воспоминание о том, что она может стать «Тезла-Экалой». Нет, я буду делать все, чтобы жить… ради нее…

От автора.
Тезла-Экала долго размышляла  о судьбе своей преемницы. Такой потери, какая ждет ее, эту девочку, в один день, она не пожелала бы. Годрик умер у нее на руках, она до сих пор помнит его глаза, потухшие, навсегда… А на руках Кэтти умрут двое. Те, кто ей истинно близок. Девочке надо будет сделать очень сложный выбор, сумеет ли? Должна суметь… но нет, Анна сделает все, чтобы этого выбора не было. Она не Бог, но сделает все…
Внезапно пришло решение. За тот подвиг, что сделает Кэтти, она станет Верховной Валькирией, а Анна останется Тезла-Экалой. Да будет так…
Женщина знала, что надпись в истории валькирий изменится с этим решением. Но кому нужна эта книга? Кэтти не видит запись о себе, а кому еще может прийти в голову читать «историю валькирий Британии»? Никому… Анна была в этом уверена.

0

20

Глава 14. Кэтрин. «Только через мой труп!»
Начались занятия в школе, теперь мы с Северусом виделись немного реже – мое расписание стало загруженнее из-за прибавленного часа с профессором МакГонагалл и еще одной тренировки в неделю. Более того, в конце января Блека видели в Хогсмиде и я старалась быть рядом с Гарри почаще. Я верила Блеку, но появилось нехорошее предчувствие…
В начале февраля папа узнал о нас с Северусом, был огромный скандал. Отец орал, что отправит Сева в Азкабан, а меня вышлет в закрытую школу для девушек в Испании. И только вмешательство профессора Дамблдора спасло нас от экзекуции. Их разговор был долгим, после него отец заявил, что если только с моей головы упадет хотя бы волос по вине Северуса, то того ждет тюрьма по статье за совращение несовершеннолетней, а если я забеременею, то опять же «тюрьма Снейпу и тебе – аборт и клиника святого Мунго как психически нездоровой. Потому что только больная может встречаться с Пожирателем». Тогда, во время  скандала, отец единственный раз в жизни ударил меня. По лицу. Северус был рядом, его глаза сузились, в руке  появилась палочка, на лице читалась ярость. Я впервые видела его таким, надо признаться, испугалась… Отец тоже схватился за палочку, они готовы были явно убить друг друга. Опять же нас спас Дамблдор. Он встал между мужчинами и стоял до тех пор, пока оба не убрали палочки.
- Вы отвратительны мне, мистер Реддл, - бросил Северус тогда. – Вы посмели ударить собственного ребенка прилюдно, взрослую девушку притом. Вы напоминаете моего отца этим, а он был препоганейший человек. Идем, Кэтрин. – я подошла к нему, обижаясь на отца. Он всегда орал при условиях, выводящих на злобу,  и несдержан был на язык. Но  ударить за слова «я сама решу, без помощников»… Это было слишком…
Нам не запретили встречаться, но после этого скандала остался осадок. Я неделю не разговаривала с отцом. А Северус уговаривал меня с ним помириться и это после папочкиного концерта.
Как отец узнал, я поняла быстро. Нас с Северусом нечаянно сдал Гарри. На вопрос нагрянувшего с проверкой отца о том, где я, Гарри сказал, что я на свидании. Он-то так в шутку называл мои «ассистентские часы» у Сева. Гарри близок был к истине, даже не подозревая… А папа спросил только с кем свидание… сопоставил что-то в голове и ринулся к нам. Не застал, но тем не менее пришел к выводу, что обстановка не рабочая явно… И началось… на шум прибежал Малфой, которого я и послала за директором. Драко привел профессора Дамблдора вовремя. Всего только полетело что-то типа «Экспеллиармус» в сторону Сева и «Протего» последнего…
Настал март, за ним апрель… я выиграла матч с Когтевраном, Гарри победил Седрика Диггори. Оставался повторный матч через неделю: Гриффиндора и Когтеврана. А в середине мая будет игра Слизерина и того, кто победит в этой игре. То есть Слизерин и Гриффиндор, конечно. Метла  Гарии была найдена на следующий день после его падения, цела-целехонька. Правда перед официальным нахождением я неофициально пела у Хагрида в хижине примерно час… Поэтому и цела.
В конце февраля Блек пробрался в замок, нас, учеников, две ночи держали в Большом зале, Сириус напугал Рона Уизли, ножом разрезав полог его кровати. Мне было интересно узнать, как Бродяга пробрался через дементоров, но откуда я могла? Римус на мои вопросы тоже сказал, что не знает.
А в середине апреля я узнала ужасное. Но об этом подробнее…
- Кэтти, а Кэтти, а ты знаешь про тайные ходы в школе? – я проходила по коридору третьего этажа, когда меня окликнул Гарри, я подошла к брату. А тот показал мне свиток пергамента. Пустой. Я недоуменно посмотрела на Гарри, тот улыбнулся и развернул свиток, постучал по нему палочкой и произнес:
- Торжественно клянусь, что замышляю шалость и только шалость…
На пергаменте всплыла карта Хога со всеми людьми, они двигались – ходили. Карта Мародеров! Джеймс мне рассказывал о ней в детстве. Рем потом сказал, что там и  потайные ходы были, но их закрыли потом. А если не все?
- Вот, вот и вот – работающие ходы, я проверял. – Гарри показал на три места. – Этот ведет в Визжащую Хижину… Как ты думаешь, Блек мог по нему пройти? Хижина вне зоны запрета на тансгрессию…
- Вполне мог, не знаю почему Римус это не предположил… Дай посмотреть… - я листала карту, вглядываясь в имена. Северус гулял этажом ниже, патрулировал  коридоры. Профессор Дамблдор у себя… Рон Уизли в гостиной Гриффиндора… а вот и пятый этаж, что я пропускаю-то? Я взглянула на карту и сердце заледенело.
- Гарри, отдам потом! – я помчалась к Римусу, но сначала спустилась на этаж и подошла к Севу. – Северус, пройди к профессору Дамблдору, я сейчас…срочно!
Через пятнадцать минут мы все были у директора. Я развернула карту, Римус был приятно удивлен, он считал что она пропала… Северус взметнул брови, бросив взгляд на Рема, Дамблдор вообще был восхищен… А вот мне уже двадцать минут как не было весело…
- Смотрите…- я следила и знала где он. Ткнула пальчиком в кабинет на 6 этаже… - Видите?
Лица мужчин мгновенно изменили выражение… Шок и непонимание теперь были на лицах всех трех…
- Он же погиб! – воскликнул Римус – или нет?
- Римус, ты не хуже меня знаешь, что Карта не врет никогда… Питер Петтигрю жив и в замке!
- Но это невозможно! Его давно поймали бы! Или он проявил бы себя… - заметил Северус. Римус задумался…. И потом поднял глаза, наши взгляды встретились. Я поняла все… анимагическая форма, Петтигрю-крыса… С одним пальцем и живет у Уизли 7 лет… Короста! Вот только она пропала в марте… Рон сказал, что ее съел Живоглот Гермионы…
- Ты думаешь о том же что и я? – спросил Римус. Я кивнула…
- Я даже знаю эту крысу… и ты ее знаешь… Короста…
- Крыса Уизли? – удивленно спросил Северус. Я кивнула. – Ничего себе дела… Помогает старому дружку Блеку небось…
Но когда мы с ним вышли, Северус остановил меня.
- Если Петтигрю жив, то это он… и предал Поттеров и все остальное. Мне просто выгоднее быть для Гарри и компании врагом, потому что то что я делаю ради их спасения, выглядит злом для них… но перед тобой притворяться я не буду… я думаю, скоро все выяснится… и возможно мы поймаем Петтигрю и Блека оправдают. Выше носик, солнышко! – убрав прядку моих волос с моей же щеки, он шепнул мне на ухо: - Петтигрю всегда был большой «крысой»… поэтому верю безоговорочно, ты доказала что он жив… но не бойся, тебя и Гарри он тронет только через мой труп.
- А вас – через мой… - улыбнулась я в ответ…
Через месяц все выяснилось… но Сириуса не оправдали и потом…Однако об этом чуть позже…

0


Вы здесь » Мир Фанфиков » Законченные фанфики по другим книгам » Поцелуй валькирии: Школьные годы Кэтрин Реддл...